На главную страницу движения "В защиту детства"
Литература и искусство

--------------------------------------------------

           ПАМЯТИ ПАВШИХ.

---------------------------------------------------

          С. Орлов

          *  *  *

 

  Его зарыли в шар земной,

  А был он лишь солдат,

  Всего, друзья, солдат простой,

  Без званий и наград.

  Ему, как мавзолей, земля -

  На миллион веков,

  И млечные пути пылят

  Вокруг него с боков.

  На рыжих скатах тучи спят,

  Метелицы метут,

  Грома тяжелые гремят,

  Ветра разбег берут.

  Давным давно окончен бой...

  Руками всех друзей

  Положен парень в шар земной,

  Как будто в мавзолей...

                         1944

---------------------------------------------------

          Н. Дубинкин

        ВЫПУСКНОЙ 41-ГО.

 

  ...- Вера Петровна,

       а помните

       Славика Огонька?

  - Как же не помнить,

       полноте,

       рыжего весельчака!

 

  Вы еще с ним в Испанию

       пробовали бежать!

  В Тульской сторонке парню

       выпало вечно лежать!

 

  ...-Вера Петровна,

      а помните

      Игоря-толстяка?

  Как же не помнить,

      полноте,

      лучшего ученика!

 

  Кажется, называли

      его вы Грузовиком?

  Рядом почти воевали:

      умер от ран под Орлом.

 

  ...-Вера Петровна,

      а помните

      Оську Бондарчука?

  Как же не помнить,

      полноте,

      первого озорника!

 

  Подпольщиком был в Полтаве,

      С задания не пришел...

  Страшно его пытали.

      Он хорошо себя вел.

 

  - Война ты, война проклятая...

      Сейчас у меня восьмой.

  Хорошие тоже ребята,

      С чудесной, наверно, судьбой.

 

  Ну что ж, до свидания, Гриша.

      Я вижу, протезы жмут?

  - Стараюсь стучать потише -

      уроки уже идут...

 

  Да будут во всяком прочем

  Годы твои без кручин.

  А костылями - не громко,

  Не тихо, а просто прочно

  Во время любых уроков -

  Прочно, родной, стучи!

                       1978

---------------------------------------------------

       В. Петерсон

      125 БЛОКАДНЫХ ГРАММ.

 

  Мне уж который год подряд,

  Шестидесятый год подряд

  Блокадный снится Ленинград...

  Обледеневший Летний сад...

  Дома как мертвые стоят...

  А по Садовой грустно в ряд

  Трамваи спят... Под снегом спят...

  Среди сугробов там и тут

  Видны прохожие... Бредут...

  Печальный груз в последний путь

  На детских саночках везут...

  Бомбежек гром трясет наш дом,

  Зенитки лают за окном,

  Стучит устало метроном...

  А мы, закутанные, ждем,

  Когда труба нам пропоет

  Про то, что кончился налет...

  А утром с мамой за едой

  Стоять под снежною пургой...

  И на Фонтанку за водой

  Идти по скользкой мостовой.

  Идти... Не плакать... Не скулить...

  И чтобы воду не разлить...

  Казались слаще всех сластей

  Дуранда, жмых, столярный клей,

  Из «хряпы» миска жидких щей

  И суп из найденных дрожжей!

  И хлеб, что выдавали нам –

  Сто двадцать пять блокадных грамм...

  Потом три месяца подряд

  В объятьях голода зажат

  Лежал под грудой одеял

  И в забытьи как будто спал...

  И, может был бы мне конец,

  Когда б не раненый отец...

  Когда он в госпиталь попал,

  Как некурящий человек,

  Свою махру нам отдавал,

  Чтоб мы могли сменять на хлеб.

  И нету худа без добра:

  Нам жизнь спасла его махра!

  И вот теперь, когда салют

  Огнями яркими горит,

  Я в шутку внуку говорю:

  «На всякий случай не кури!»

 

  Мне часто снятся по ночам

  Сто пятьдесят блокадных грамм...

  И те... со жмыхом пополам... 

---------------------------------------------------

       Ю. Колесникова

       ВОЗВРАЩЕНИЕ.

 

  Прошли полки неловким скорым маршем.

  Звучала песня бодро, но печально.

  Смотрел с портрета в душу мудрый маршал -

  Великий сын страны своей опальной.

  Не шелестел, а падал шелк устало

  На генералов, что давно не русы,

  Касаясь нежно скромных пьедесталов

  И бронзовых сапог солдат безусых.

  Им не дойти уже до отчей хаты...

  Убитым дважды - больше не подняться.

  Ах, генералы, что ж вы на попятный? -

  Вам не пришлось под пулями сражаться.

  Другие поднимались из траншеи,

  Поглубже фото мамино упрятав.

  И, вывернув мальчишеские шеи,

  Бросались в бой: "За Родину, ребята!"

  О, сколько их, отважных и упрямых,

  Лежит в земле, снарядами изрытой! -

  Покрыты сединой виски у мамы,

  А праздники налетом лжи покрыты.

  Стоит Солдат - в плевках и липкой грязи, -

  Прикрыв ребенка старой плащ-палаткой,

  И девочки из батальона связи

  Роняют слезы на гранит украдкой.

  На карте нет страны и нет народа,

  Что заслонили грудью пол-Европы...

  Плодит Россия "лучших немцев года", 

  Замуровав своих мальчишек в "шопы".

  А как же те, в изношенных пилотках?

  В пробитых касках? - ...Сталинское племя.

  Их имена прочтут в забытых сводках

  И скажут: Были люди в наше время.

  Молола их безжалостно эпоха,

  Бросав на амбразуры и на плаху.

  Но в час, когда Отчизне было плохо,

  Они несли последнюю рубаху.

  И уходили к фронту эшелоны,

  И в плуг впрягались вдовые крестьянки,

  И плакал у рейхстаговской колонны

  Бесстрашный генерал под плач "Славянки".

  И, может, хватит нам себя стыдиться?

  Ведь не бездонна же терпенья чаша! -

  Пусть въедет вновь в Советскую столицу

  На белом скакуне народный Маршал!

  Пройдут полки уверенно и твердо.

  Замрут в почтеньи правнуки и деды.

  А над Кремлем опять легко и гордо

  Взовьется флаг немеркнущей Победы!

                            1998

---------------------------------------------------

        Я. Смеляков

           ЗОЯ.

 

  В городах неприметна природа,

  В фонарях не рассмотришь звезду.

  В майский дождь сорок первого года

  Я по улице поздней иду.

 

  И в окне, как сквозь смутные дали,

  Различая все сразу едва ль,

  В школьном зале, предутреннем зале,

  Вижу я приглушенный рояль.

 

  Под померкшею лампой недальней -

  Там когда-то и я бушевал -

  И веселый, и все же печальный

  Выпускной завершается бал.

 

  Я стою под окном запотелым,

  Вдоль него неумело хожу,

  Словно бы в потаенное дело,

  На ушедшую юность гляжу.

 

  Парень девушку кружит в объятьях

  В первый раз на недолгом веку,

  Пролетает прощальное платье,

  Прикасаясь к ее пиджаку.

 

  И не знает она, хорошея,

  То, что ей суждены впереди

  Воровская веревка на шее,

  Золотая звезда на груди.

---------------------------------------------------

         Ф. Лаубе

        ДОВОЕННЫЙ ВАЛЬС.

 

  Мирное небо над крепостью Бреста,

  В темной квартире счастливые лица.

  Вальс... Политрук приглашает невесту,

  Новенький кубик блестит на петлице.

   

    А за окном, за окном красота новолунья,

    Шепчутся с Бугом плакучие ивы.

    Год сорок первый, начало июня -

    Все  еще живы, все еще живы, все еще живы...

    Все, все, все...

 

  Мимо фасада большого театра

  Мчатся на отдых, трезвоня, трамваи...

  В классах десятых экзамены завтра,

  Вечный огонь у Кремля не пылает.

 

    Все впереди, все впереди, все пока накануне,

    Двадцать рассветов осталось счастливых.

    Год сорок первый, начало июня -

    Все еще живы, все еще живы, все еще живы...

    Все, все, все...

 

  Вальс довоенный напомнил о многом,

  Вальс воскресил дорогие нам лица,

  С кем нас свела фронтовая дорога,

  С кем навсегда нам пришлось разлучиться.

 

    Годы прошли, и опять за окном тихий вечер,

    Смотрят с портретов друзья молчаливо.

    В памяти нашей сегодня и вечно

    Все еще живы, все еще живы, все еще живы...

    Все, все, все...

---------------------------------------------------

          Ю. Кузнецов

          ВОЗВРАЩЕНИЕ.

 

  Шел отец, шел отец, невредим

  Через минное поле,

  Превратился в клубящийся дым -

  Ни могилы, ни боли.

 

  Мама, мама, война не вернет...

 

  Не гляди на дорогу.

  Столб клубящейся пыли идет

  Через поле к порогу.

 

  Словно машет из пыли рука,

  Светят очи живые.

  Шевелятся открытки на дне сундука

  Фронтовые.

 

  Всякий раз, когда мать его ждет, -

  Через поле и пашню

  Столб клубящейся пыли идет

  Одинокий и страшный.

                        1972

---------------------------------------------------

          В. Шефнер

         ВОЕННЫЕ СНЫ.

 

  Нам снится не то, что хочется нам, -

  Нам снится то, что хочется снам.

 

  На нас до сих пор военные сны

  Как пулеметы наведены.

 

  И снятся пожары тем, кто ослеп,

  И сытому снится блокадный хлеб.

 

  И те, от которых вестей не ждем,

  Во сне к нам запросто входят в дом.

 

  Входят друзья предвоенных лет,

  Не зная, что их на свете нет.

 

  И снаряд, от которого случай спас,

  Осколком во сне настигает нас.

 

  И, вздрогнув, мы долго лежим во мгле, -

  Меж явью и сном на ничьей Земле.

 

  И дышится трудно, и ночь длинна,

  И камнем на сердце лежит война.

                                 1966

---------------------------------------------------

          Н. Хроменко

    ОН НЕ ЗАКОНЧИЛ БОЙ ЗА СТАЛИНГРАД.

 

  Упал солдат в бою под Сталинградом.

  И с той поры на вечные века

  Стоит герой в бою на фланге правом

  Краснознаменного полка.

 

  В казарму нашу как-то мать-старушка

  Приехала к нему издалека,

  Рукою нежно гладила подушку,

  Как голову родимого сынка.

 

  А он смотрел, смущенный и упрямый,

  С портрета и как будто говорил:

  Ну перестань, не плачь, не надо, мама!

  Ведь я свой срок еще не отслужил.

 

  Единственная, милая, родная,

  Я не убит, как видишь, я – в строю.

  Наказ отцовский свято выполняя,

  Я защищаю Родину свою!

 

  Назад – ни шагу! Снова над Отчизной

  Темнеют тучи, вороны кружат...

  Я – на бессрочной, и навечно призван,

  Я не закончил бой за Сталинград!

 

  Старушка-мать в ответ кивнула сыну,

  И Вам, стоящим молча рядом с ней,

  Она казалась матерью-Россией

  Всех павших в Сталинграде сыновей.

---------------------------------------------------

          С. Евгеньев

       СЕЛЬСКИЙ ОБЕЛИСК.

 

  Дождь прошел. Погасли молний нити.

  Гром грохочет где-то за рекой.

  И встают солдаты на граните

  В свой последний, поименный строй.

 

  Александров...

        Бесфамильный...

             Волков...

  (Сорок первый. Каждый жив-здоров.

  Тридцать шесть ушло их из поселка,

  А в поселке двадцать пять дворов).

 

  Погорелов...

        Иволгин...

             Курбатов...

  (Утро. пограничная река.

  Танков пять. По одному на брата,

  А верней сказать - на земляка.)

 

  Кабушкин...

        Сорокин...

            Горехватов...

  (Сорок первый. За спиной Москва.

  И глотают русские солдаты

  То ли кровь, то ль отчие слова...)

 

  Нилин...

      Нилин...

          Нилин...

  Трое рядом.

  (Сорок третий. Курская дуга.

  Братья в танке, пламенем объятом,

  Катятся тараном на врага.)

 

  Александров...

         Иволгин...

               Курбатов...

  (Подросли сироты во дворах.

  И ушли вихрастые солдаты

  Тихим строем в тесных сапогах.)

 

  Александров...

         Александров...

               Кашин...

  (Сорок пятый. Май. Чужая речь.

  И решай в последней рукопашной:

  То ли совесть, то ль себя сберечь.)

 

  Гром утих. Читаю снова, снова

  Тридцать шесть фамилий земляков.

  Над поселком радуги подкова,

  А в поселке двадцать пять дворов.

                            1988

---------------------------------------------------

         Ю. Друнина

      НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ.

 

  Пролетели дни, как полустанки,

  Где он, черный сорок первый год? -

  Кони, атакующие танки,

  Над Москвой горящий небосвод?

 

  А снега белы, как маскхалаты,

  А снега багровы, как бинты.

  Падают безвестные солдаты

  Возле безымянной высоты.

 

  Вот уже и не дымится рана,

  Исчезает облачко у рта...

  Только, может быть, небезъимянна

  Крошечная эта высота? -

 

  Не она ль Бессмертием зовется?..

  Новые настали времена,

  Глубоки забвения колодцы,

  Но не забывается война.

 

  Вот у Белорусского вокзала

  Эшелон из Прошлого застыл.

  Голову склонили генералы

  Перед Неизвестным и Простым

  Рядовым солдатом,

  Что когда-то

  Рухнул на бегу у высоты...

 

  Вновь снега белы, как маскхалаты,

  Вновь снега багровы, как бинты.

  Вот Он, не вернувшийся из боя,

  Вышедший на линию огня

  Для того, чтоб заслонить собою

  Родину, столицу и меня.

 

  Кто он? Из Сибири, из Рязани?

  Был убит в семнадцать, в сорок лет.

  И седая женщина глазами

  Провожает траурный лафет.

  "Мальчик мой!" - сухие губы шепчут,

  Замирают тысячи сердец,

  Молодые вздрагивают плечи:

  "Может, это вправду мой отец?"

 

  Никуда из Прошлого не деться,

  Вновь война стучится в души к нам,

  Обжигает, обжигает сердце

  Благодарность с болью пополам.

 

  Голову склонили генералы,

  Каждый посуровел и затих...

  Неизвестный воин, не мечтал он

  Никогда о почестях таких -

  Неизвестный парень,

  Что когда-то

  Рухнул на бегу у высоты...

 

  Вновь снега белы, как маскхалаты,

  Вновь снега багровы, как бинты.

                                1969

---------------------------------------------------

          Е. Сойни

           *  *  *

 

  На фотоснимке добрый, твердый взгляд -

  Ильинична - мать девяти солдат.

  Так вышло - мы встречались только раз.

  Что помню я? Взгляд бабушкиных глаз,

  Ее калитки из ржаной муки,

  Прикосновенье теплое руки...

 

  Конечно, помню сказки о морях,

  Не о принцессах - о богатырях.

  Но мне, трехлетней, было невдомек,

  Зачем носила бабушка платок

  Лишь черный? Я, сказать начистоту,

  Хотела сдернуть эту "черноту".

 

  Однажды я платок под тюфяком,

  Проснувшись рано спрятала тайком.

  Бабуля встала, ищет - не найдет,

  Другой платок из тумбочки берет,

  Такой же черный, но еще черней...

  Откуда знать мне - шестерых парней

  Домой, на берег Северной Двины,

  Не дождалась Ильинична с войны.

---------------------------------------------------

          И. Дудин

           ОТЦУ.

 

  Два стакана водки...

  Хлеб да холодец...

  Будет тост короткий –

  За тебя, отец!

 

  Словно пес по следу,

  Память тащит нас...

  За твою Победу!

  Ты Россию спас!

 

  От Москвы с пехотой

  Шел а погибал...

  И с родною ротой

  Кенигсберг долбал...

 

  Под уральской елью

  Крест – среди травы...

  В рай небесный верю –

  Заслужили вы...

 

  Мы – не заслужили,

  Нам – гореть в аду;

  Отдали Россию

  Без боев врагу...

 

  Но живем в надежде –

  Гибли вы не зря –

  Красный флаг, как прежде,

  Вспыхнет, что заря!

 

  Два стакана водки...

  Хлеб да холодец...

  Будет тост короткий –

  За тебя, отец!

---------------------------------------------------

          Н. Зиновьев

        ОСОБО ЧИСТАЯ РОСА.

 

  На шляпке гильзу вынес рыжик

  Из-под земли... Здесь окружен

  Был взвод стрелковый из мальчишек,

  Не знавших ни невест, ни жен.

 

  Недолго длилось тут сраженье,

  И за неполных полчаса

  Взвод вырвался из окруженья

  Клубами дыма в небеса.

 

  ...И стоит лишь поднять глаза –

  Всегда здесь облако витает,

  И на рассвете выпадает

  Особо чистая роса.

---------------------------------------------------

          В. Иванов

           *  *  *

 

  Солдат копает огород.

  Совсем седой, но моложавый,

  И брови темные, вразлет...

  Копает весело и браво.

  Копает, черт возьми, красиво!

  С размаху острую лопату

  Вонзает с молодецкой силой.

  ...Пьяняще пахнет чернозем,

  И у солдата взор орлиный,

  Осанка, сила - все при нем,

  И только ноги - под Берлином...

                            1999

---------------------------------------------------

          В. Высоцкий

           *  *  *

 

  Почему все не так,

  Вроде все, как всегда:

     То же небо

     Опять голубое,

  Тот же лес, тот же воздух,

  И та же вода,

     Только он

     Не вернулся из боя.

 

  Мне теперь не понять,

  Кто же прав был у нас,

     В наших спорах

     Без сна и покоя,

  Мне не стало хватать

  Его только сейчас,

     Когда он

     Не вернулся из боя.

 

  Он молчал невпопад

  И не в такт подпевал,

     Он всегда говорил

     Про другое,

  Он мне спать не давал,

  Он с восторгом вставал,

     А вчера

     Не вернулся из боя.

 

  То, что пусто теперь - 

  Не про то разговор,

     Вдруг заметил я -

     Нас было двое!

  Для меня словно ветром

  Задуло костер,

     Когда он

     Не вернулся из боя.

 

  Нынче вырвалась,

  Будто из плена весна,

     По ошибке

     Окликнул его я:

  Друг, оставь покурить, -

  А в ответ – тишина:

     Он вчера

     Не вернулся из боя.

 

  Наши мертвые

  Нас не оставят в беде,

     Наши павшие -

     Как часовые.

  Отражается небо в лесу,

  Как в воде,

     И деревья

     Стоят голубые.

 

  Нам и место в землянке

  Хватало вполне,

     Нам и время

     Текло для обоих.

  Все теперь одному,

  Только кажется мне -

     Это я

     Не вернулся из боя.

---------------------------------------------------

          Л. Якутин

      ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ БОЯ.

 

  Говорят, не сойдется,

  С горою гора,

     Ну а с памятью

     Дело другое.

  Пусть полвека прошло,

  Для меня же вчера,

     Он вчера

     Не вернулся из боя.

 

  За него поднимаю

  Скупые сто грамм,

     Утром в небо

     Смотрюсь голубое.

  За тебя и меня

  Жизнь свою он отдал,

     Он домой

     Не вернулся из боя.

 

  Что за парень он был!

  Мне на слово поверь,

     Я о нем

     Не приемлю худое.

  А себя защитить

  Он не сможет теперь,

     Он, увы,

     Не вернулся из боя.

 

  До него докричаться

  Никак не смогу,

     Не  махну

     На прощанье рукою.

  Но совет с ним держу

  Я на каждом шагу,

     Хотя он

     Не вернулся из боя.

 

  Он бы здорово нам

  Всем сегодня помог

     Разобраться

     С российской судьбою.

  И, конечно, другой

  Был бы нынче итог,

     Но ему

     Не вернуться из боя.

 

  На Поклонной Горе

  Он с друзьями стоит,

     Вновь Москву

     Заслоняя собою.

  Не судите солдат

  За непраздничный вид,

     Они только

     Вернулись из боя.

 

  Им подайте воды,

  Можно фляжку вина,

     Губы их

     Почернели от зноя,

  И замри на минуту

  В молчанье страна,

     Эти парни

     Вернулись из боя.

---------------------------------------------------

        О. Фадеева

     СТАЛИНГРАДСКИЙ ВАЛЬС.

 

  Пусть другие зовут, как хотят,

  Для меня ты всегда Сталинград –

  Город детства и город любви,

  Что солдаты с собой унесли.

  Той любви, что не прятала лиц,

  Той любви, что не знала границ,

  Что приказом «Ни шагу назад!»

  Отстояла тебя, Сталинград.

 

  Ты прости всех безлюбых, прости.

  Ты цвети, мой любимый, цвети!

  И над Волгой курганом пари,

  Храня в памяти ночи и дни,

  Прищур Зайцева, Павлова дом

  И от взрыва гранаты пролом,

  И родимцевских богатырей,

  Отшвырнувших от Волги зверей.

 

  Пусть акации буйствует дым,

  Пусть кружит и дурманит жасмин,

  Племя пусть незнакомое вновь

  Говорит и поет про любовь.

  Пусть другие зовут, как хотят,

  Для меня ты - всегда Сталинград.

---------------------------------------------------

        Л. Васильева

        МАТЬ ПАРТИЗАНА.

 

  Там, говорят, дорога гиблая,

  Там ветру стыть,

  Там выпям выть,

  Туда одна старуха сиплая

  В ночи повадилась ходить.

 

  Она сидит на белом камешке

  Среди нехоженых болот

  И на ладони будто шанежки

  На сковородочке печет.

 

  Там ей знакомы все извилины,

  Все камни, ветки и сучки,

  К ней поворачивают филины

  Свои безумные зрачки.

 

  Порою утренней, туманною,

  Когда кровавится восток,

  Перед могилой безымянною

  Она оставит узелок

 

  И побредет.

  Мне повстречается

  И скажет:

  - У сынка была.

  Уж мне там славно отдыхается,

  Уж я там ела да пила,

  Невестка добрая, опрятная,

  Внучок - головушка светла.

  Да тяжела путя обратная,

  Поди, в последний раз была.

---------------------------------------------------

         А. Вовк

       ФОТОГРАФИЯ ДЕДА.

 

  На меня с портрета смотрит дед -

  Лейтенантик, сгинувший когда-то.

  Здесь ему гораздо меньше лет,

  Чем его повыросшим внучатам.

  Смотрит с фотографии живой,

  Увеличен с маленького снимка,

  В форме новой с красною звездой,

  На губах - застывшая улыбка.

  Что он думал, мальчик-лейтенант?

  Может быть,  о будущей дочурке?

  Иль о том, вернется ли назад

  К молодой жене, совсем девчурке.

  Он не знал, что будет много лет,

  Много горя, боли и страданий

  И навек разбившихся надежд,

  Жизни целой, ставший ожиданьем.

  Он не знал,  как и не знали все,

  И снимался попросту на память...

  Под Смоленском он сгорел в огне

  И не смог могилы нам оставить...

  Только фотография и есть

  Да еще впридачу наша память.

  Что же ты молчишь, мальчишка-дед?

  Ведь жена тебе цветы  живому дарит.

  И, как прежде, в молодости, ждет,

  Хоть прошло уж пять десятилетий,

  И лучами росными бредет,

  Где гуляли вместе на рассвете.

  Только она бабушка давно,

  Ну а ты все молод, как когда-то.

  Дед Иван, поклон тебе за все,

  За мое и чье-то еще завтра.

  ...На меня с улыбкой смотрит дед,

  Лейтенантик, сгинувший когда-то,

  И мне чудится в его глазах ответ:

  "Ничего. живите вы, ребята!"

                              2000   

---------------------------------------------------

         Л. Белоусова

          *  *  *

 

  По камням бежит поток, струится,

  У реки колышет ветер иву.

  Это место может лишь присниться -

  Все здесь так божественно красиво.

  Путник, на колени опустившись,

  Зачерпнет в ладони влаги жгучей,

  И заплачет, вновь переродившись

  От прилива памяти кипучей.

  И другое вдруг засветит солнце,

  И другие краски заиграют.

  Кто-то в форме, закурив, смеется,

  А у ив солдаты отдыхают.

  Молодой, веснушчатый парнишка,

  Выгадав свободную минуту,

  Пишет старой матери письмишко:

  - Не горюй, родная, скоро буду. -

  Где-то у реки грустит тальянка

  О родном до боли, всем знакомым,

  И солдат, уснувший на стоянке,

  В снах своих опять вернется к дому.

  А с утра забрызжет мелкий дождик,

  Словно зная все уже заранее.

  Он поплачет. Что еще он может

  Сделать для ушедших на задание.

  Он оплачет тех, кто не вернется,

  Молодым останется навеки;

  Тех, чье имя эхом отзовется

  В этом страшном, беспощадном веке.

  И не счесть их всех, двадцатилетних,

  Не проживших даже и мгновенья,

  В пламени войны сгоревших детях,

  Ставших единицей исчисленья.

  И утрет слезу скупую путник,

  Вспомнив все. А что еще осталось?

  Кто еще об этом помнить будет?

  Помнить все, что от войны осталось.

  И уже о подвигах героев

  Сами из рассказов мы узнаем.

  Только в кинохронике порою

  Встретим тех, кто был так почитаем.

  И опять, забывшись в исчисленьи,

  Мертвых исчисляем миллионы,

  Будто притворившись на мгновенье,

  Что живых совсем не слышны стоны.

  Только где-то рядом у дороги

  Обелиск подставил солнцу грани,

  Как напоминание о многом

  Тем, которые забыть не вправе.

  Вновь кричат безмолвные таблицы

  С тысячью имен, фамилий, дат,

  Буквы, цифры, точки - это лица

  Павших на полях войны солдат.

  Пусть минуло времени немало

  И скупая память стерла лица,

  Слышно, как седая мать кричала,

  Потеряв любимую частицу.

  Мы не вправе забывать о прошлом,

  Вечного огня не гаснет пламя,

  Люди, опустите шпаги в ножны,

  Хватит быть столетними врагами.

                          2001

---------------------------------------------------

         Е. Винокуров

          *  *  *

 

  В полях за Вислой сонной

  Лежат в земле сырой

  Сережка с Малой Бронной

  И Витька с Моховой.

 

  А где-то в людном мире,

  Который год подряд,

  Одни в пустой квартире

  Их матери не спят.

 

  Свет лампы воспаленный

  Пылает над Москвой

  В окне на Малой Бронной,

  В окне на Моховой.

 

  Друзьям не встать. В округе

  Без них идет кино.

  Девчонки, их подруги

  Все замужем давно.

 

  Пылает свод бездонный

  И ночь шумит листвой

  Над тихой Малой Бронной,

  Над тихой Моховой.

 

  Но помнит мир спасенный,

  Мир вечный, мир живой,

  Сережку с Малой Бронной

  И Витьку с Моховой.

                       1953

---------------------------------------------------

         Б. Серман

         ПАМЯТНИК.

 

  В скверике бронзовый замер солдат,

  Совсем еще мальчик на постаменте.

  Мимо машины куда-то спешат,

  Играют в скверике дети.

  Живые цветы у солдатских сапог.

  Омытый дождями мрамор.

  Женщина. Губы шепчут: "Сынок..."

  И слышится женщине: "Мама..."

------------------------------------------

          Р. Гамзатов

           ЖУРАВЛИ.

 

  Мне кажется, порою, что солдаты

  С кровавых не пришедшие полей,

  Не в Землю нашу полегли когда-то,

  А превратились в серых журавлей.

  Они до сей поры с времен тех дальних

  Летят и подают нам голоса.

  Не потому ль так часто и печально

  Мы замолкаем, глядя в небеса.

 

  Сегодня предвечернею порою

  Я вижу, как в тумане журавли

  Летят своим определенным строем,

  Как по Земле людьми они брели.

  Они летят, свершая путь свой длинный,

  И выкликают чьи-то имена.

  Не потому ли с криком журавлиным

  От века речь аварская сходна?

 

  Летит, летит по небу клин усталый -

  Летит в тумане, на исходе дня.

  И в том строю есть промежуток малый -

  Быть может, это место для меня!

  Настанет день, и с журавлиной стаей

  Я полечу в такой же сизой мгле,

  Из под небес по птичьи окликая

  Всех Вас, кого оставил на Земле!

------------------------------------------

          А. Жигулин

           *  *  *

 

  Ржавые елки

  На старом кургане стоят.

  Это винтовки

  Когда-то погибших солдат.

 

  Ласточки кружат

  И тают за далью лесной.

  Это их души

  Тревожно летят надо мной.

                      1969

------------------------------------------

         Ю. Друнина

          *  *  *

 

  Живых в душе не осталось мест -

  Была, как и все, слепа я.

  А все-таки надо на прошлом -

  Крест,

  Иначе мы все пропали.

  Иначе всех изведет тоска,

  Как дуло черное у виска.

 

  Но даже злейшему я врагу

  Не стану желать такое:

  И крест поставить я не могу,

  И жить не могу с тоскою.

                        1991

--------------------------------------------

          А. Кочук

       ВЕТЕРАНЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ.

 

  Нас все меньше.

  Уносит метель лихолетий,

  Нищета победителей

  Сводит на нет.

  Дьявол метит правителей

  Рыжею шерстью,

  Да трехслойным жирком,

  Вызывающим смех.

 

  Мы уходим под звон

  Юбилейных медалей

  Из холодный квартир,

  Из голодных больниц.

  Мы уходим. А те,

  Кого мы побеждали,

  Шлют лекарство и хлеб

  Из своих заграниц.

 

  Мы уходим.

  Осколки Великой державы

  В каждом сердце болят,

  Как осколки войны.

  Только выжил народ,

  За который сражались –

  За солдатскую жизнь

  Нет дороже цены.

                  10 мая 2001

-------------------------------------------

        Д. Долинский

  ИЗ ВОЛГОГРАДА – В СТАЛИНГРАД. 

 

  И я приехал в Волгоград,

  Чтоб поклониться Сталинграду...

 

  И нету сладу, нету сладу

  С душой какой уж год подряд,

  Когда опять пред скорбным мрамором

  Я вижу, пионеры замерли.

  И устремлен их скорбный взгляд

  Из Волгограда

  В Сталинград...

 

  А там

  Среди огня и марева,

  Среди развалин и смертей,

  Бегут их будущие матери

  И горько кличут матерей. 

-------------------------------------------

        Н. Березовский

           ГАРМОНИСТ.

 

  В больничном коридоре,

  Свой оживая век,

  Играет на гармони

  Безногий человек.

 

  Здесь сумрачно и сыро,

  И воздух здесь не чист,

  И на кровати сиро

  Играет гармонист.

 

  Он в рост ходил на танки,

  Когда с ногами был...

  «Прощание славянки»

  Теперь он разучил.

 

  Играет неумело

  Страны безногий сын

  О том, что наболело,

  О том, что он один.

 

  Но нет тоски во взоре –

  Сожгла глаза война.

  Спасибо, в коридоре

  Кровать дала страна!

 

  Иначе бы... Иначе

  Зажав медаль в горсти,

  Безногим и незрячим

  По улицам ползти.

 

  Иначе бы гармошку,

  К какой приник опять,

  Пришлось бы на картошку

  Или на хлеб сменять.

 

  А здесь играй, что хочешь,

  Коль неприемный день

  (А на стене хохочет

  С ногами его тень).

 

  А здесь почти с рассвета

  Без слов веди рассказ,

  Когда обхода нету,

  Когда не тихий час.

 

  Здесь прошлое вспомянешь,

  Компотом боль запьешь,

  И, как бы снова встанешь,

  И вновь на танк пойешь.

 

  А позже в медсанбате

  За воинскй за труд

  Довесочком к награде

  Гармошку поднесут.

 

  Страной забыт и Богом,

  Кричи хоть, не кричи,

  Не помнят о безногом

  Собесы и врачи.

 

  Лишь нянечка-старушка

  Вздохнет: «Он без вины...»

  И спрятана в подушку

  Медаль его с войны. 

-------------------------------------------

         Д. Кан

        *  *  *

 

  Все реже озаряет дали

  Послевоенный бравый сон...

  Еще звенят твои медали,

  Но это – поминальный звон.

 

  За то ль с молитвою и матом

  Вставал последний батальон,

  Не флагом звездно-полосатым,

  Но красным флагом осенен?!

 

  За то ль в клубах слепящей пыли

  Строчил охрипший пулемет,

  На плаху девочки всходили,

  Ложились мальчики на дот?

 

  А мы бредем с пустой котомкой

  В европы – не подаст ли кто?

  Мы, победившие потомки,

  Свое поправшие родство.

 

  Проснись и пой! Нас обокрали.

  Была страна, и – нет ее!

  Кому нужны твои медали

  И вдохновение мое?

-------------------------------------------

         А. Морозов

          *  *  *

 

  Что задумался снова

  Ты старый солдат?

  Иль за Землю тревога?

  Иль раны болят?

  В твои пряди забилась

  Седая метель.

  И скрутили года,

  Как трава-повитель.

  Но тревожат не раны

  Тебя, не года,

  А полоска земли,

  А на ней – борозда.

  Эту Землю тогда

  Отстоял я в бою,

  А теперь вот без боя

  Ее отдаю.

  Если пахарю – хлеб свой

  Добудем в труде,

  Если в руке дельца –

  Быть крестьянской беде.

  Но живет в сердце вера,

  Надежда в душе,

  Что пройдет снова пахарь

  По свежей меже.

-------------------------------------------

        О. Джигиль

       НЕСЛЫШНЫЙ ЗОВ.

 

  Я – прохожий, на вас непохожий:

  В ваш компьютерно-сотовый век,

  Не оставшись в столетии прошлом,

  Старорусский «проник» человек...

 

  Сед и сгорблен, одет не по моде,

  Слышу ваши укоры за то,

  Что, замешкавшись на переходе,

  Вызвал пробку в потоке авто.

  Осторожно, нетвердо ступая,

  Только путаюсь в ваших ногах...

  А ведь помнить должна мостовая

  Мой летящий, пружинистый шаг.

  Здесь звучали иные напевы.

  Здесь призывно кумач пламенел...

  Чтоб вступили вы в век двадцать первый,

  Я в двадцатом себя не жалел!

 

  Не держитесь со мною надменно.

  Уберите насмешку из глаз.

  Я – звено из цепи поколений,

  Без которого не было б вас.

  Пусть и мне солнце смотрит в окошко,

  Месяц ясный льет свет сквозь листву.

  Потерпите меня хоть немножко.

  Я хоть с краешку поживу...

                           2002

-------------------------------------------

          М. Исаковский

       ВРАГИ СОЖГЛИ РОДНУЮ ХАТУ…   

 

  Враги сожгли родную хату,

  Убили всю его семью,

  Что делать бедному солдату,

  Кому нести печаль свою?

 

  Пошел солдат в глубоком горе

  На перекрестке двух дорог,

  Нашел солдат в широком поле

  Травой заросший бугорок.

 

  Стоял солдат, и словно комья

  Застряли в горле у него,

  Сказал солдат: «Встречай, Прасковья,

  Героя-мужа своего!

 

  Готовь для гостя угощенье,

  Накрой в избе широкий стол.

  Свой день, свой праздник возвращенья

  К тебе я праздновать пришел.»

 

  Никто солдату не ответил,

  Никто его не повстречал,

  Лишь только теплый летний ветер

  Траву могильную качал.

 

  Вздохнул солдат, ремень поправил,

  Достал мешок походный свой,

  Бутылку горькую поставил

  На серый камень гробовой.

 

  «Не осуждай меня, Прасковья,

  Что я пришел к тебе такой,

  Хотел я выпить за здоровье,

  А должен пить за упокой,

 

  Сойдутся вновь друзья-подружки,

  Но не сойтись вовеки нам…»

  И пил солдат из медной кружки

  Вино с печалью пополам.

 

  Он пил солдат, слуга народа,

  И с болью в сердце говорил:

  «Я шел к тебе четыре года,

  Я три державы покорил!»

 

  Хмелел солдат, слеза катилась,

  Слеза несбывшихся надежд…

  И на груди его светилась

  Медаль за город Будапешт.

                      1946  

-------------------------------------------

          В. Шарков

          ПЕРЕКЛИЧКА.

 

  "Враги сожгли родную хату,

  Убили всю его семью..."

  Через полвека демократы

  Солдата старого добьют.

 

  "Уж ты прости меня, Прасковья,

  Что я пришел к тебе такой..."

  Залитый стынущею кровью,

  Да с перебитою рукой.

 

  Прости, что знамя опустилось

  К ногам раскормленных невежд...

  И по асфальту покатилась

  Медаль за город Будапешт.

 

  А те, кто славу растоптали,

  Народной кровушки вкусив,

  На грудь навесили медали

  "За осквернение Руси".

 

  Враги сожгли родную хату,

  Погибла вся его семья...

  Из водомета по солдату

  Хлестнула мертвая струя.

-------------------------------------------

         Н. Зиновьев

          *  *  *

 

  Деда ратная дорога

  Дыбом стала, как змея...

  Дед мой тем похож на Бога,

  Что его не видел я.

 

  Дед остался на войне,

  А страну оставил мне,

  И гляжу теперь с виной,

  Что творят с моей страной.

 

  Не рублей идет хищенье,

  Душ людских. И мне прощенье

  Будет, нет ли? Я не знаю.

  Весь народ сбивают в стаю,

  Кто противится, тех – в стадо.

  ...Что-то делать, делать надо.

 

  Душу я свою терзаю,

  На другое – не дерзаю.

  По стране – кровавый смог...

  Не простят ни дед, ни Бог. 

-------------------------------------------

          А. Павленко

           *  *  *

 

  И мне привиделось сегодня:

  Восставшие из преисподней

  Или сошедшие с небес,

  Кто в гимнастерке, кто в исподнем,

  Кто при регалиях, кто - без,

  В обувке кирзовой, босые

  Идут солдаты по России.

 

  По одному. По пять. По десять...

  Сраженный пулей под Одессой

  И тот, который подо Ржевом

  Убит осколочным на левом;

  Кто рухнул в Бресте оборонном;

  Идет Сережка с Малой Бронной -

  Все наши дальние, родные;

  Все наши: грешные, святые -

  Идут солдаты по России.

 

  По городам ее и пожням,

  Через границы и таможни...

  Со стиснутыми кулаками

  Идут, играя желваками,

  С губой, закушенной до сини, -

  Идут солдаты по России.

 

  Мы уступаем им дорогу,

  Лепечем жалко: "Ради Бога,

  Вы нас простите, Бога ради..."

  Но не на нас - в пространство глядя,

  И молча, в гневе и бессилье,

  Идут солдаты по России.

                          1998

------------------------------------------

          Н. Домовитов

           *  *  *

 

  Обижаться на Родину глупо.

  Я просить у ней много не стану.

  Пусть тарелку бесплатного супа

  В День Победы нальет ветерану.

  Я в глазах ее вижу укор,

  И от этого взгляда немею.

  Только в том, что живу до сих пор,

  Только в том виноват перед нею.

  И становится грустно порой,

  Что не так свою жизнь мы прожили.

  Лучше б мне в сорок первом под Мгой

  В безымянной остаться могиле.

                            1998

--------------------------------------------

        Н. Березовский

            ДВЕРЬ.

 

  День Победы века прошлого

  Для России и теперь

  Дверь в прекрасное – из пошлого

  Века нынешнего тошного,

  Что оскалился, как зверь...

 

  Но я верю, каждый верь:

  День Победы века прошлого –

  В солнечное завтра ДВЕРЬ!

__________________________________________

 

Литература и искусство