На главную страницу движения "В защиту детства"
Исследования

 


 

Юрий КРУПНОВ

 Образование - не услуга, а главное дело страны!

Интервью Юрия Крупнова «Практическому журналу для учителя и администрации школы» (опубликовано в журнале № 10, 2005 г. - pj.folium.ru/index.htm )

«К 2030 году российское образование станет лидирующим в мире, и будет иметь абсолютную глобальную монополию, станет ведущей статьёй экспорта и доходов для России. Россия будет первой образовательной державой мира».

Не утопия ли, подобные рассуждения, принадлежащие известному специалисту в области развития образования Ю.В. Крупнову? (http://www.kroupnov.ru/5/282_1.shtml )

Юрий Васильевич уверен, что нет.

Но для того, чтобы это случилось, должна кардинально измениться государственная политика в области образования. Как? Об этом сегодняшний разговор   председателя общественного движения "Партия России" и Образовательного общества Ю.В. Крупнова с главным редактором «Практического журнала» С.А. Котовым.

 

- Юрий Васильевич, в начале разговора хочу задать Вам один вопрос, может быть и неприятный для Вас. В конце 80-х  годов Вы были ученым секретарем Временного научного коллектива (ВНИКа) «Школа», существовавшего тогда при Государственном комитете СССР по народному образованию.

Именно ВНИКу «Школа» в перестроечные годы было поручено разработать стратегию реформы советской школы. Не те ли идеи, что родились тогда, расшатали в конечном итоге отечественное образование до его сегодняшнего состояния? Не приложена ли Ваша рука к этой истории тоже?

- Тогда, Сергей Андреевич, давайте делить ответственность пополам, - именно Вы были ученым секретарем второго ВНИКа Гособразования СССР -  «Профессиональная школа», - который занимался разработкой стратегии реформы начального и среднего профессионального образования.  

- Готов ответственность делить…

- Если серьезно, то мне никогда не будет стыдно за работу того нашего ВНИКа. Я считаю, что результат и смысл работы ВНИКа «Школа» не были «расшатывающими» и, более того, – антигосударственными. В этом коллективе были собраны (и большая заслуга здесь руководителя ВНИКа Эдуарда Дмитриевича Днепрова) лучшие специалисты в области развития образования, и это была удача и уникальное событие для тогда еще огромной страны. Концепция развития средней школы, которая тогда была разработана, до сих пор по сути своей абсолютно верна. К сожалению, в те времена, когда Э.Д. Днепров (ныне академик РАО) стал министром просвещения  России, и позже, при других министрах (а их было немало), про эту концепцию забыли. А в ней был сформулирова важнейший доктринальный тезис: образование  как инструмент развития личности, общества и государства!    

Что касается «покаяния», о котором Вы говорили, то скажу так: в те годы всё (включая СССР) казалось настолько мощным, несокрушимым и неразрушимым, что резкость суждений и оценок советского образования в ряде документов ВНИКа «Школа» и выступлениях его лидеров не всегда было оправданным. Резкостью иногда хотелось – желая добра Отечеству - подогнать приход необходимых изменений. И сам я, Вы правы, приложил к этому руку своими выступлениями в печати. Но… без опыта развала СССР, развала в последние пятнадцать лет всех государство образующих сфер, опасность отдельных полемических перегибов тогда, в конце 80-х, к сожалению, не всегда была очевидна.

Другое дело, что уже тогда оформлялся слой людей, которые попросту отрицали само советское образование и добивались одного: разрушать так называемую «советскую тоталитарную школу» и систему образования страны в целом. А с нею – и страну.

- «Романтизм желаний» перестроечной поры оказался питательной средой  основательного разрушения не только СССР, но и российского государства, общества, российского образования как общественного института?

- Да, это было именно так.  Однако, Сергей Андреевич, опять же хочу подчеркнуть: были «романтики» и «романтики». Я и сейчас готов подписаться под всем, что было мною и большинством моих коллег по ВНИКу сказано тогда.  Я считаю, что мне необыкновенно повезло с участием в той созидательной и, убеждён, исторической работе 1988 года.

- Известный и уважаемый писатель сказал мне недавно о сегодняшней России:  страна, живущая по философии кровососущих и идеологии бухгалтеров. Согласны ли Вы с этим?

Да, и это следствие нашествия радикального экономизма, неолибералов в 90-х годах. Наши доморощенные «либералы» на поверку оказались заурядными жуликами и построили тот мир, который мы сегодня видим вокруг: жирующих олигархов, бедный народ и выживающую систему образования.

- А может быть, строившим такой капитализм именно такое образование было и нужно: с деградирующей массовой школой и десятком привилегированных учебных заведений, где «элита» учит своих отпрысков перед тем, как отправить их в Оксфорд или Массачусетс? А что касается «дорогих россиян», то лишь бы они были в состоянии обслуживать трубу, качающую нефть за рубеж, большего от них и не требуется…

-  Это вопрос ключевой. Отвечу на него, может быть, неожиданно для многих читателей журнала. Я немного представляю кухню, на которой варится вся эта нынешняя «модернизация», и то, что происходило во времена до прихода последнего министра образования. Я представляю себе всех людей, орудующих на этой кухне, персонально. Я знаю их уже очень давно, со времен перестройки, ВНИКа, последних лет СССР. Именно тогда эти люди проявились, и именно они так или иначе и сегодня определяют суть всего происходящего вокруг российской школы. По большому счету этих людей – с десяток человек.  Именно они двигают тот опасный проект, поворот к которому стал совершенно очевиден где-то с 1999 года.

В самом деле, еще в 1997 году была борьба за российское образование между неолибералами и группой серьезных ученых (среди которых хочется назвать академика Василия Васильевича Давыдова с его огромным авторитетом практически во всем мире, академика В.А. Полякова, Ю.В. Громыко, В.И. Слободчикова, Н.Г. Алексеева, других выдающихся людей). Но в 1999 году произошел (как сейчас модно говорить – образовался) союз бывшего министра образования В.М. Филиппова с группой сторонников радикального экономизма  (рупором которого является ректор ВШЭ Кузьминов, за которым стоят господин Ясин и другие неолиберальные идеологи и деятели). После этого все стало жестко и однозначно: школа – часть рынка, вот пусть и живет по полной программе по рыночным законам! Но образование – не рыночная услуга, как объявляют наши «либералы-реформаторы»! Образование – главное дело страны, и именно такая политика отличает мировую державу от «банановой республики». Именно образование является своего рода ДНК страны, основой ее идентичности и развития.

Для неолибералов это не суть, главное с их точки зрения – всё глубже и глубже вгонять все звенья образования «в рыночные условия», а уж что за последствия для страны будут, так за это они, мол, не отвечают: так срегулировал рынок… И их нисколько не трогает то, что они проделывают эти фокусы с Россией - великой мировой цивилизацией.

Но и в  последние два года никаких изменений в политике вокруг системы образования я не вижу. Страна оказалась фактически в заложниках у этой неформально и анонимно принимающей решения неолиберальной «десятки»!

-  Какова же альтернатива курсу либерального экстремизма?

- Если не будет противовеса этой «десятке» неолиберальных лоббистов, не появится десяток объединившихся государственного мыслящих людей,  способных громко прокламировать альтернативную политику – спасения от неолибералов не видно. И это нужно понимать! Следует перестать просто возмущаться тем, какая роль отводится в нынешней политике системе образования, и настойчиво предлагать руководству государства концепцию развития российского образования.

- А Вам не кажется, что резерв сопротивления сегодня находится в регионах: многие региональные лидеры уже прекрасно понимают, чем грозит региональным системам образования государственная политика либерального экстремизма. В подтверждение сказанному замечу, что только на страницах нашего журнала два десятка действующих губернаторов с огромной тревогой говорили о неблагополучии российской школы, а главное - о том, что государственная политика в этой сфере требует немедленных перемен. Большинство из них, например, говорили о разрушающей силе 122-го Закона для системы дошкольного образования, правильно уловив даже не будучи специалистами в сфере образовании решающее значение дошкольных институтов для будущего школы и государства.

- То, о чем Вы сейчас сказали, крайне важно. Во всем мире сегодня аксиома: основные инвестиции должны идти в раннее развитие, в дошкольное детство. Вместе с тем, во всем развитом мире (подчеркиваю – развитом!) еще только ставится задача массового охвата детей дошкольными учреждениями. Они планируют то, что у нас уже было ещё к началу семидесятых годов! И Франция, и США, другие страны гордо объявляют, что к 2010, или 2012 году  они добьются 60-70-процентного охвата детей дошкольными образовательными учреждениями. Да и то, в основном, с опорой на пункты временного пребывания детей в дошкольном учреждении! Не системная работа с ребенком по насыщенным программам развития как у нас, а лишь временное пребывание…

- Да еще стоит вспомнить наш богатейший опыт работы коррекционных детских садов. Я сам, участвуя в ряде международных проектов по дошкольному образованию, видел реакцию иностранцев на работу наших «корректировщиков»-дошкольников. Сколько было сказано иностранными специалистами восторженных слов о российском опыте, о его уникальности в мире.

- Конечно! То, что у нас уже было ещё 30 лет назад, и что нынче мы так стремительно теряем в новых социально-экономических условиях, развитый мир берет сегодня за стратегический ориентир, за стратегическую задачу на ближайшие десять-пятнадцать лет.

Что касается регионов, то их позиция крайне важна. И там в сфере образования есть немало достойных людей федерального уровня. Но, повторюсь, нужен «интеллектуальный локомотив» в центре, в Москве. Именно он мог бы консолидировать образовательное сообщество.

- Усматриваете ли Вы сознательную злонамеренность в действиях группы Ясина-Кузьминова по разрушению государственной системы образования, или это своеобразный «либеральный алкоголизм»?

- Буквально с каждым днем я все больше и больше убеждаюсь в том, что сознательного, злонамеренного разрушения нет. Но то, что происходит – гораздо страшнее. В основе происходящих трясок, разрушающих систему образования – три причины. Первая: приверженность «реформаторов» неолиберальному фундаментализму с его идеей, что рынок все организует. Вы помните, что история насаждения нелиберальных идей в системе образования началась еще со времен бывшего заместителя министра просвещения РФ Е.Ф. Сабурова, затем те же идеи  активно проталкивались Высшей школой экономики во главе с Кузьминовым и другими. Взять то же подушевое финансирование – ведь оно вводится для того, чтобы школы конкурировали между собой за детей...

-  Мы же не Голландия, это попробуй в Сибири такую конкуренцию организовать, где школы друг от друга километров на триста отстоят!

-    С Сибирью Вы абсолютно правы, но и в Москве эта модель работать не будет. Но – самое главное – она и на Западе нигде в чистом виде не работает.

Впрочем, сверхзадача здесь во внедрении самого рынка и конкуренции в образование – так неолиберальный фундаментализм собирается произвести генетическую модификацию традиционного российского сознания, разрушить наш тысячелетний архетип.

Теперь о второй причине, уничтожающей российское образование сегодня. Это – дикая неграмотность экономистов-«реформаторов». Возможно, они еще как-то представляют себе высшую школу (хотя та же ВШЭ Кузьминова совершенно не похожа на обычный, типовой вуз, у нее совершенно особое привилегированное положение), но что касается средней школы и дошкольного образования, то здесь они просто ничего не понимают, не знают и знать не хотят.

Третья причина: роль того самого разрушительного экономизма с надеждой, что все можно просчитать, всех людей финансово замотивировать, построить жизнь и качественное образование по рецептам экономизма.

Все это вместе не что иное, как подгонка системы образования для «обслуживания трубы», поскольку для нефтяной трубы, как говорят сами же либералы (в частности, ясно высказался об этом бывший министр  гайдаровского правительства Данилов-Данильян), достаточно максимум 80 миллионов человек, из которых образованных нужно совсем немного. При таких рассуждениях понятно: зачем тут, в России, нужна хорошая массовая школа? Зачем нужно всеобщее высшее образования (к чему стремятся сейчас японцы) хорошего качества? Зачем?..

- До того, как будет достигнут  решающий перелом в государственной политике в сфере образования, может быть, стоит идти, что называется пошагово? Ставить и реализовывать конкретные проекты, помогающие спасать ситуацию?

- Полностью согласен с Вами: если сейчас опускать руки, не делать, потеряем еще больше, если не все.

- Я знаком с вашими идеями. Ряд из них мне очень нравится. Например, о государственном проекте создания 1000 так называемых федеральных школ. Расскажите об этом поподробнее.

- Для того чтобы предотвратить деградацию страны и ее окончательное скатывание в разряд третьестепенных стран, необходимы срочные меры. Мы предлагаем – как первый шаг - создать по единому образцу сеть школ федерального значения (состоящую для начала, скажем, из ста школ) с повышенным финансированием из федерального бюджета. Это будет сеть опережающего развития, призванная отработать принципиальную модель новой российской школы. И это, действительно, будет настоящий национальный проект.

Содержание работы этих школ должно быть глубоко продумано. Российское образование еще имеет потенциал, оставшийся от советской школы, имеет все необходимые экспериментальные заделы для развития – это важная гарантия того, что попытка реализации данной программы не провалится. В федеральных школах следует, обеспечивая преемственность с советской школой, в разы умощнить наше образование на базе уникальной российской исторической традиции. Для этого необходимо в полной мере профинансировать эти федеральные школы, создать условия для комфортной творческой работы  учителей в них, а дальше стремиться мультиплицировать опыт ста федеральных школ на все остальные. Убежден, что вскоре после начала реализации подобного проекта появится огромное число школ, где будут работать глубоко проработанные и первоклассно воплощенные лучшие идеи нового содержания образования и воспитательной работы с учащимися. Последствием такого курса на развитие образования станет превращение российской школы в лучшую школу мира, а России – в абсолютного мирового лидера, способного и готового к неагрессивной образовательной экспансии в мире.

- Вероятно, что к этой идее теснейшим образом примыкает и Ваша идея создания армии «пятитысячников»?          

- Ситуация с кадрами в сегодняшней российской школе известна. Нужны срочные меры спасения: скоро в школу никто из выпускников вузов просто не пойдет работать. У многих из них не сформирована мотивация для работы с детьми, другим на ту зарплату, которая есть, идти не хочется ни под каким предлогом. Особенно тревожно за школы в «глубинке» – там уже сейчас работают преимущественно пенсионеры.

Мы предлагаем срочно кардинально переорганизовать обеспечение школ педагогическими кадрами. В частности, необходима национальная программа, которая могла бы быть названа, например, «5000». Идея такова: ежегодно педагогические вузы выпускают пять тысяч жёстко отобранных по конкурсу выпускников с повышенной, специальной подготовкой – своего рода педагогический спецназ. Им  государство дает из федерального бюджета повышенное материально-техническое обеспечение (зарплата на уровне европейского учителя, современный дом по месту работы, средства за приобретение профессиональной литературы и научной и педагогической периодики, компьютеры и периферийную технику к ним, обеспечивает высококачественное медицинское страхование). Возможно, что (как делается в развитых капиталистических странах с социально ориентированной экономикой) стоит продумать для этих «пятитысячников» возможность получения статуса государственного служащего со всеми вытекающими из этого последствиями. При этом должна быть повышена минимум в 2 раза заработная плата всех без исключения педагогов страны. Без национальной программы спасения педагогических кадров школе страны будет не выжить!

- Возникает только один вопрос: как пролоббировать эти проекты, как действительно сделать их национальными? Есть ли сейчас в стране некая политическая сила, с помощью которой возможно эти проекты реализовать?

- На мой взгляд, такой монолитной политической силы сейчас нет. Но с другой стороны, во многих партиях, во многих фракциях Государственной Думы есть немало разумных, думающих людей. Полагаю, что с их помощью возможно эти идеи, что называется, пробить, объединив их в некий единый проект – назовем его условно «Созвездие – 2030». Наше Образовательное общество работало и будет работать на это. Должна быть продумана государственная политика в отношении к школе на ближайшую четверть века.

- И еще. Государство, подчиняясь логике развития современного мира, обязано сделать все, для того, чтобы превратить педагогов (включая управленцев и методистов, разумеется) в первое сословие, для этого принять меры к повышению на порядок  ценности образования, учительской профессии, статуса педагогов. Хорошо должно жить в стране именно учительство, а не нефтяные короли и бароны вместе со своей челядью, если мы хотим оставаться мировой державой, а не нефтяным придатком «дяди Сэма», Европы, а в последние годы теперь ещё и Китая. Именно учительство должно получать от государства гарантии и условия для успешного воспроизводства образованной молодой генерации россиян, поскольку только в этом гарантия успешного развития нашей державы.

Со всеми этими решения важно не опоздать, пока неолиберальные фундаменталисты не разрушили остатки национальной системы образования до того состояния, когда для возрождения и развития национальной школы не останется никакого фундамента. Уверен, что рано или поздно государство должно спохватиться!

- Радуюсь Вашему оптимизму. На фоне тех разрушений, которые система образования пережила, Вы продолжаете упорно надеяться на лучшее?

- Да, это так. Дело в том, что помимо системного и массового разрушения, прошедший период дал нам и немалое число ярких точек инновационного, экспериментального – нового российского образования. И поэтому не будет проблемы для создания современного российского образования на новых основаниях, на новом содержании образования - можно опереться на эти самые яркие точки, звездочки нашего образования. Нужна только государственная и политическая воля.

-  К сожалению, в последнее время я встречаю во всех регионах России немало деморализованных, огорченных учителей. Это люди, лишенные малейшего социального оптимизма, униженные «экономикой трубы» и публичным разгулом тех, кто около этой трубы тусуется. Что можно сказать этим людям? Как им занять верную позицию в жизни?

- Вопрос непростой. Думаю, что, прежде всего, следует самим отстаивать статус и достоинство образования. Как только ты соглашаешься на третьестепенные роли, которые тебе навязывают, ты окончательно деморализован! Выход здесь один: логика развития должна победить логику приспособленчества и согласия на убогость!

Если высокого статуса образования не добиваться всеми силами, всей мощью педагогического сообщества, то и обсуждать нечего – хорошего впереди не будет. Главное – верить в высокий статут и мощь образования, эта сфера – важнейшая для страны, чтобы сейчас на этот счет ни говорили, и что бы ни делали. Если есть внутренне ощущение важности своей миссии – многое можно пережить и морально не опуститься. Важно понимать одну существеннейшую вещь – сегодня образование является фактически тем единственным  общественным институтом, который спасает страну от нравственной и культурной деградации.

 

 

·                                  

 

 

 

Исследования