Б.П. НИКИТИН: СЛОВО К ЮБИЛЕЮ

 

21 января 2016 года исполняется 100 лет со дня рождения Бориса Павловича Никитина (1916 - 1999), выдающегося советского педагога, разработавшего методики раннего развития ребенка и опробовавшего их на своих детях. В свое время семья Никитиных пользовалась большой популярностью в нашей стране, вызывая острые дискуссии в самых разных слоях общества.

Работы Б.П. Никитина и его жены Л.А. Никитиной привлекли внимание широкой общественности к воспитанию и развитию детей. В какой-то степени можно сказать, что в нашей стране Никитины сыграли такую же роль, какую в США сыграли детские врачи и педагоги Бенджамен Спок (1903-1998) и Гленн Доман (1919-2013), а в Японии бизнесмен Масаро Ибука (1908-1997) и психолог Макато Шичида (1929-2009). 

Б.Н. Никитин (21.01.1916 – 30.01.1999) родился в станице Суворовская Ставропольского края в семье фельдшера. В 1941 году окончил Военно-Воздушную академию имени Н.Е. Жуковского. В годы Великой Отечественной войны служил инструктором по подготовке летчиков-истребителей. В 1949 году демобилизовался в звании майора.

После демобилизации работал в Министерстве трудовых резервов, откуда был вынужден уволиться из-за несогласия с официальными установками. Затем работал учителем физкультуры и труда в школе. Увлекается идеями А.С. Макаренко, вместе с единомышленниками пытается создать трудовую школу. Однако реализовать эту идею не удалось.

10 декабря 1957 года встречается с учительницей Леной Алексеевной Литвиновой (1930-2014). Вскоре Б.П. Никитин и Л.А. Литвинова поженились.

Отец Л.А. Литвиновой погиб в годы Великой Отечественной войны, мать – учительница математики. Брат – известный архитектор. В 1950 года Л.А. Литвинова окончила Библиотечный техникум, в 1954 г – МОПИ. Работала учителем русского языка и литературы на Алтае и в Москве. 

У Б.П. и Л.А. Никитиных было 7 детей: Алексей (1959 г.р.), Антон (1960 г.р.), Оля (1962 г.р.), Аня (1964 г.р.), Юля (1966 г.р.), Иван (1969 г.р.), Люба (1971 г.р.).

После рождения старшего сына Б.П. и Л.А. Никитины начали разрабатывать методику развития способностей ребенка. По словам Бориса Николаевича эта методика основывалась на «трех китах»:

Богатой для разнообразной деятельности обстановке.

Свободы и самостоятельности детей в занятиях и играх.

Искренней заинтересованности в делах детей.

Для своих детей Борис Павлович создал разнообразные тренажеры и развивающие игры. Важную играло и физическое закаливание детей. Старший сын Никитиных страдал сильным диатезом. Родители заметили, что на холоде диатез ослабевал. С этого времени Алешу, а затем и остальных детей начали активно закаливать.

Б.П. Никитин изобрел большое число развивающих игр для детей разного возраста. Эти игры в промышленном масштабе впервые стали выпускаться в Германии, а затем – в Японии.

В 1962 году появилась первая публикация о семье Никитиных. В 1963 году вышла книга самих Никитиных об опыте воспитания детей.

Никитиных поддержал кардиохирург академик Николай Михайлович Амосов (1913 - 2002) и физиолог Илья Аркадьевич Аршавский (1903 - 96). Сотрудники лаборатории Аршавского регулярно обследовали детей Никитиных. Книга Никитиных «Мы и наши дети» вышла с предисловием Амосова и послесловием Аршавского. И.А. Аршавский подчеркивал, что система Никитина особенно полезна для ослабленных детей.

В конце 1960-х годов Б.П. Никитин выдвинул гипотезу Необратимого Угасания Возможностей Эффективного Развития Способностей (НУВЭРС). Согласно этой гипотезе, та или иная способность человека может развиваться только в определенном возрасте. Если этот возраст пропущен, то развить соответствующие способности будет очень трудно.

Б.П. и Л.А. Никитины крайне отрицательно относились к практике детских садов и школ. По их мнению, детский сад и школа подавляют развитие творческих способностей ребенка. И для многих детей, увы, необратимо.

В эти годы была реабилитирована генетика и в обществе шли горячие споры о том, определяется ли наличие тех или иных способностей всецело и исключительно сочетанием полученных от родителей генов или же потенциально способны практически все дети и способности можно целенаправленно формировать.

Среди пропагандистов первой точки зрения были генетик В.П. Эфроимсон и философ Д.И. Дубровский, среди пропагандистов второй точки зрения – генетик Н.П. Дубинин и философ Э.В. Ильенков.

В этой дискуссии Никитины решительно поддержали сторонников второй точки зрения.

В начале 1970-х годов началась активная критика опыта Никитиных. 14 января 1970 года в «Литературной газете» была опубликована статья Татьяны Снегиревой «Осторожно, детство!», 21 апреля в той же «Литературной газете» появилась статья «Видимые эффекты и невидимые дефекты». Отклики на эти статьи были опубликованы 30 сентября.

Вообще говоря, критическое отношение к новым идеям есть необходимое условие нормального развития науки. И не только науки. Однако дискуссия об опыте Никитиных явно вышла за пределы делового обсуждения. Сторонники Никитиных рассматривали критиков, как защищающих свой ведомственный интерес замшелых консерваторов, а критики рассматривали Никитиных как склонных к саморекламе авантюристов. Плодотворного обсуждения не получилось.

Взаимоотношение официального научного сообщества с нетривиальными мыслителями, мечтающими перевернуть науку, складываются, нередко, достаточно сложно. Вопреки распространенной точке зрения, не признаваемые официальной наукой «гении» далеко не всегда бывают правы (вспомним Т.Д. Лысенко). Бывает по разному. Подобные ситуации требуют высокого чувства ответственности и уровня культуры с обеих сторон. К сожалению, это далеко не всегда бывает.

Несмотря на официальную критику, популярность Никитиных росла. В 1970-х годов в СССР стало развиваться движение «семейных клубов». Члены этих клубов активно использовали методики Никитиных в работе со своими детьми.

Дети Никитиных приходили в школу в пятом классе и «прыгали» через классы. Они были действительно умные и легко осваивали учебные программы. В отличие от типичного умного подростка, они были не эрудитами, а решателями проблем. Но обучение вместе с более старшими детьми породили трудности в социализации. В школе дети Никитиных чувствовали себя дискомфортно, нередко нарушали дисциплину. 

Никто из детей Никитиных не сделал блестящей карьеры. Их судьба сложилась следующим образом:

Пятеро детей Никитиных после 8 класса ушли в средние специальные учебные заведения.

Алексей: окончил Физфак МГПИ, специалист в области электроники, работает в Англии.

Антон: окончил Химфак МГУ, химик.

Оля: окончила Юрфак МГУ, юрист фирмы.

Аня: окончила медучилище, медсестра.

Юля: окончила Московский ин-т культуры, редактор региональной газеты.

Иван: окончил механический техникум и курсы видеооператоров, работает видеооператором на ТВ.

Люба: окончила библиотечный техникум, домохозяйка, мать девятерых детей.

Большая семья Никитиных была дружной, дети Никитиных продолжали работу родителей по раннему развитию уже следующего поколения детей. В 2012 году в семье Никитиных было 27 внуков и три правнука.        

Никитины не привили своим детям честолюбия и карьеризма. Они не стремились занять высокое положение и иметь много денег. Помимо всего прочего, дети Никитиных, так же, как и их родители, не стремились быть удобными обществу и, в значительной степени, себя этому обществу противопоставляли.

Тем не менее, крайне обидно, что дети Никитиных так и не смогли в полной степени самореализоваться. И возникает вопрос, почему?

Может быть, ответ на этот вопрос даст история одной из последовательниц Никитиных.

Татьяна Михайловна П. окончила Механико-математический факультет одного из университетов в Сибири. Несмотря на признаваемые всеми способности её академическая карьера не сложилась: помешала сильно развитая склонность разбрасываться. Одной математики ей было мало. Она интересовалась философией, политэкономией, работала воспитательницей в детском саду, учителем в школе, создавала Автоматическую Систему Управления образованием в масштабе области, писала книги на разные темы (которые, разумеется, никто не печатал). Словом, вела жизнь, типичную для Великих Людей в эпоху Возрождения.

Одним из увлечений Татьяны Михайловны было ранее развитие способностей детей. Она с интересом изучала работы Никитиных и, как творческий человек, внесла в его методы немало нового.

У Татьяны Михайловны было двое детей, которых она воспитывала по методикам Никитиных (разумеется, с собственными модификациями).

Старший сын Миша стал талантливым математиком и геофизиком. Но таких талантливых молодых ученых в наши дни немало. А вот младшая дочка Катя выросла совершенно уникальной.

Во-первых, Катя с самого раннего детства писала стихи. В этом, вообще говоря, ещё нет ничего уникального – стихи пишут многие дети. Большей частью про солнышко и про котов. Но Катины стихи были нетипичны – каждое стихотворение посвящалось какой-то очень серьезной проблеме. Жизнененной, философской, политической. Создавалось впечатление, что ребенок напряженно наблюдает за окружающей жизнью, пытается осмыслить свои наблюдения и это осмысление превращается в стихи.

Катя окончила среднюю школу в 14 лет. Окончив, одновременно, музыкальную и художественную школы и став шахматистом первого разряда (шахматами увлекалась и Катина мама). Затем училась в Новосибирской консерватории и Московском литературном институте.

Сейчас Кате немногим больше тридцати лет. Она автор семи опер (одна из них – по роману М.А. Булгакова «Бег»), более трех тысяч стихов, кандидат искусствоведения, автор большого числа статей о литературе и искусстве. Её фантастическая работоспособность поражает окружающих. Она – действительно гений работоспособности по В.П. Эфроимсону.

Почему так по разному сложилась судьба детей Никитиных и детей Татьяны Михайловны? Конечно, судя по биографии, гены у Татьяны Михайловны были достаточно крутыми. И, вполне естественно, что сын и дочка унаследовали часть этих генов. Но, думаю, что это не главное. Дети Татьяны Михайловны унаследовали от своей мамы напряженный интерес к жизни. А детям Никитиных жизнь за пределами их семьи была неинтересна.            

Один из наиболее жестких критиков Никитиных историк А.М. Буровский в своей книге «Феномен мозга. Тайны 100 млрд. нейронов». М: ЯУЗА, ЭКСМО, 2010 писал: «… Никитины не доверяли миру и старались отгородить от него детей. Фактически семья образовала своего рода секту со своими правилами жизни, приоритетами и законами».

Как говорил А.С. Пушкин «...Нам целый мир – чужбина, Отечество нам – Царское село». По счастью, сам Александр Сергеевич этим принципом всерьёз не руководствовался. Иначе он вряд ли бы стал Великим Поэтом.

Ещё один из критиков писал о детях Никитиных: у них в семье было все, кроме самого главного - достойной цели. А там, где нет целей, там способности оказываются не нужными.

Идея формирования гениев в искусственных условиях в одной отдельно взятой семье в очередной раз потерпела крах.

 

Оценивая работу, проделанную семьей Никитиных, мы не можем не поразиться её размаху и масштабам. Никитины накопили огромный фактический материал, посвященный развитию детей, и выявили этапы развития, на которых то или иное активное вмешательство оказывается высокоэффективным. Наверное, их вклад заслуживал самых высоких академических регалий: докторских степеней, избрания в Академию педагогических наук, престижных премий. Этого, увы, не произошло.

Многие разработки Б.П. и Л.А. Никитины активно внедряются в практику дошкольного воспитания детей. И в нашей стране, и за рубежом. Интерес к развивающим играм, разработанным Никитиными, неизменно высок.

И в России и за рубежом продолжается активный поиск новых методик раннего развития детей. Оригинальные методики такого развития разработали отечественные педагоги Н.А. Зайцев, П.В. Тюленев, инженер В.В. Воскобович. Есть и другие отечественные разработки.

Среди зарубежных авторов, занимавшихся этой тематикой, следует отметить американского детского врача Гленна Домана. В 1940-х годах он разработал методику реабилитации детей, страдающих тяжелыми нервно-психическими заболеваниями, а затем модифицировал эту методику по отношению к нормальным детям. Результаты получились очень интересными.

В 1971 году в Японии вышла книга президента компании «Сони» Масару Ибуко «После трех уже поздно», посвященной раннему развитию детей. Эта книга стала очень популярной и в Японии и за её пределами. В высшей степени знаменательно, что интерес к раннему развитию детей проявил очень крупный представитель деловых кругов. В этих кругах хорошо чувствуют новые источники получения прибыли.

Японский психолог профессор Макато Шичида разработал эффективные методики раннего развития детей, основанные на активизации процессов в правом полушарии головного мозга.

 

Стоит ли рекомендовать родителям применять систему Никитиных по отношению к своим собственным детям? Не отдельные методические находки, а систему в целом, включая хождение босиком по снегу и прочие подвиги. У меня нет однозначного ответа на этот вопрос. Выражаясь современным языком, система Никитиных – это высокая технология, а высокие технологии требуют профессионализма. Готовы ли родители стать профессионалами в педагогике? Если нет, то от внедрения системы Никитиных лучше воздержаться. Оно безопаснее…

То же самое следует сказать и о других «сильных» системах раннего развития детей.

В своей работе «Школа вчера и завтра» Борис Павлович Никитин писал о школе своей мечты. Из школы, в которой ученик заучивает написанные в книге тексты, после чего как попугай их повторяет, школа должна стать местом труда и творчества, в котором детей не нужно силой заставлять учиться. Хочется надеяться, что эта мечта когда-нибудь осуществится.

  

 

 К.б.н. С.В. Багоцкий